Победу встретила в Варшаве

ДЕНЬ ПОБЕДЫ, 65-ЛЕТИЕ КОТОРОЙ МЫ ОТМЕТИМ В МАЕ НЫНЕШНЕГО ГОДА, ПРИБЛИЖАЛИ КАК МОГЛИ И ЛЮДИ, РАЗДЕЛИВШИЕ СВОЮ СУДЬБУ С ТРУБОПРОВОДНОЙ ОТРАСЛЬЮ. НИЗКИЙ ПОКЛОН ИМ.

Мария Степановна Роньжина - бывший стрелок ВОХР НПС «Клин» Куйбышевского РУ ОАО «МН Дружба», рядовая 767-го зенитного артиллерийского полка прошла всю войну. Она награждена орденом Отечественной войны II степени, медалью Жукова, знаком «Фронтовик 1941-1945». До сих пор помнит Роньжина имена и фамилии своих фронтовых товарищей и командиров. Из книги памяти Ульяновской области Мария Степановна выписала имена земляков, не вернувшихся с полей сражений, и часто перелистывает пожелтевшие тетрадные листочки, вспоминая однополчан.

Десятилетку в пос. Канадей Ульяновской области Мария, тогда еще Леонтьева, закончила в самый канун войны После выпускного вечера они долго не могли уснуть: шептались, обсуждали, как будут жить и учиться в городе. Утром девушки проснулись от причитаний Машиной матери, а через некоторое время в дом вбежала Машина тетка. Сестры, не говоря ни слова, обнялись и заголосили - война. Она всегда приходит в мирный дом внезапно, как лихая гостья.

Тогда все думали, что война скоро кончится. Маша подала документы в Топографический институт, сдала экзамены и была зачислена в вуз, но через месяц пришлось забрать документы. Один за другим уходили на фронт мужчины, рабочие руки становились все нужнее.

Маша решила работать в колхозе вместе с родителями. Осенью 1941-го ее направили в соседний район рыть окопы. В конце января 1942 года девушка сильно застудила ноги и была отправлена домой. В это время в Канадей эвакуировали госпиталь, и она устроилась туда санитаркой.

После Сталинградской битвы линия фронта перестала угрожающе смещаться вглубь страны. Госпиталь из Канадея перевезли ближе к передовой. Маша с ним не поехала - местную молодежь вызвали в райцентр и сообщили, что направляют девушек на учебу в фабрично-заводское училище. Но идти туда она отказалась и 2 февраля 1942 года прибыла в районный военкомат.

На призывном пункте в Сызрани Машу, как имеющую полное среднее образование, направили на двухнедельные курсы по подготовке зенитчиц.

Зенитное отделение, в которое она была зачислена, охраняло оба берега Волги от налета вражеской авиации. Задание рядовой Леонтьевой - вести наблюдение за «воздухом».

Противник задался целью уничтожить железнодорожный мост через Волгу, который связывал фронт и тыл, а также открывал дорогу в Сибирь, куда было эвакуировано большинство стратегически важных заводов. Немалый интерес для немецких захватчиков представляли нефтепромыслы.

Девушки из Машинного отделения стояли на посту, тревожно вглядывались в небо, боясь пропустить незваных гостей.

Тяжело и страшно было девчонкам, попавшим на фронт прямо со школьной или студенческой скамьи. Мария Степановна вспоминает, как к ним в батальон прибыло пополнение. Девчата никак не могли научиться ориентироваться в земляных траншеях. Однажды ночью, когда Маша несла вахту, откуда-то из окопов донесся плач. В темноте она обнаружила двух зареванных девушек. Как выяснилось, они уже часа два блуждали по земляным лабиринтам в поисках своей землянки. Маша привела их к посту и один раз ударила в рельс. На сигнал выбежал командир батареи и отвел испуганных и промерзших новобранцев в их землянку.

В памяти Марии Степановны всплывает эпизод, как ехали они в Польшу. За время пути на их эшелон было два налета. Девушкам повезло - ни орудия, ни бойцы не пострадали.

Маша Леонтьева замещала отсутствующего сержанта взвода, которому накануне отъезда оторвало руку. На остановках она обходила вагоны, раздавала бойцам сухие пайки. Во время одной из таких остановок вместе с подругой Аннушкой забежали в здание вокзала отправить письма, замешкались и отстали от поезда.

Военные времена диктовали суровые правила. Самовольный уход считался дезертирством, и за него грозил трибунал.

На станцию подошел еще один эшелон. Девушки узнали, что в нем следует дивизион, в состав которого будет включена и их батарея. Они разыскали командира и, объяснив ситуацию, попросились взять их. Командир отказал. Посмотрев на расстроенную подругу, Маша схватила ее за руку и потащила к начальнику станции. Как же девушки обрадовались, когда узнали, что их эшелон находится в тупике: дальше ехать было нельзя из-за бомбежек. Позже выяснилось, что строгий командир обо всем знал, но решил проверить, как сориентируются в этой ситуации бойцы в юбках.

Пяски, Хельм, Люблин и, наконец, Варшава. Город встретил девушек грудами развалин и... трупами, которые не успевали убирать.

С помощью 85-миллиметровых пушек зенитчицы творили чудеса. Маша, используя дальномер, определяла координаты вражеских самолетов в воздухе. От правильности ее расчетов во многом зависело, будет ли поражена цель.

Ночная тревога... Жуткими были такие ночи: взрывы, дым, грохот, стоны и свет. Яркий свет прожекторных лучей, освещающий небо. Когда два луча пересекались, Маша ликовала - пойман еще один «крестовый».

Дальномерщицы, зенитчицы, санитарки мужественно переносили и налеты вражеской авиации, и тяжелые переходы, и короткий, беспокойный сон, и голод - ведь фашисты часто бомбили полевые кухни.

В Варшаве зенитная батарея стояла до конца войны, там Мария и встретила Победу.

В июне 1945-го Маша Леонтьева вернулась с фронта. Ее ждала мирная жизнь со своими горестями и радостями, заботами и тревогами, порой требующая мужества, почти как на фронте.

Замуж Мария Степановна вышла за бывшего политического репрессированного и разделила с ним судьбу, полную гонений, подозрений и неопределенного будущего. Стараясь скрыться от надзора властей, семья Роньжиных перебралась из Канадея на Урал, но и там не было спокойной жизни молодой семье. Оставив на Урале могилку своего первенца, супруги снова вернулись в Канадей. Устроиться на работу девушке-фронтовичке было несложно, но она была женой бывшего репрессированного, поэтому доверие ей оказывали с оглядкой. Работала Мария Степановна председателем швейной артели, потом там же кладовщицей. Затем стала воспитателем в детском доме.

В 1966 году Роньжина устроилась на нефтепровод «Дружба» стрелком ВОХР. Мария Степановна проработала на НПС «Клин» 13 лет. С почестями и ценными подарками проводили ее сослуживцы на заслуженный отдых. Трудовая деятельность М.С. Роньжиной была отмечена медалью «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина».

Проходит жизнь... И кажется, что все в ней успела и смогла бывшая фронтовичка: и войну выстоять, и дом обустроить, и детей вырастить.

Виталий Жарынский